Тверская старина. № 1-2 1994 г.
Исследования. Факты у Новикова нашлись добровольные помощники и восторженные почитатели» 93 . Автору книги удалось выяснить, что в числе последних в Твери оказался и автор «Тверской историю>. <<Широкая гуманистическая программа журнала была равно приемлема консервативно настроенному Г. Р. Державину и масону В. И. Баженову .., мастито му ученому В. Е. Адодурову и бедному археогра фу-самоучке из Твери Д. И. Карманову>> 9 4. Почему же «бедному археографу-самоучке» оказалась по силам «бескорыстная преданность идеалам гуманизма и просвещения>>? Наиболее правдоподобно выглядит версия, приведенная в той же книге Мартынова: <<Издавна вся интеллектуальная жизнь русской провинции концентрировалась вокруг немногочисленных <<культурных гнезд>>. Такими... были подмо сковное поместье потомственных библиофилов Яньковых, орловская усадьба супругов Плещее вых, дома Дмитриевых в Сызрани и М у р а в ь е в ы х в Тв е р и (разрядка моя. В. С.), С. И. Тевяшева в Острогожске и С. М. Полянского в Казани. В богатейших библиотеках гостеприимных хозяев местные <щицероны>> и <<Вергилии>> черпали книжную мудрость, здесь выносили приговоры новым книгам и формировалось общественное мне ние» 95. Близостью к семье Муравьевых в этот период, зависимостью от мнений, там царящих, можно было бы объяснить <<филантропический» поступок «бедного археографа». Но не только этим; ведь Муравьевы появились в Твери сравнительно недавно, после создания наместни чества, а личность человека, его привычки и вкусы формируются постепенно, да и меня ются не вдруг. Без изучения всех обстоятельств жизни Карманова тут не обойтись. Проблема Тверского историко-культурного гнезда получила свое продолжение в ста тье В. Д. Рака 96 . В ее основе - письма уроженца тверской провинции В. А. Приклонского, мало известного автора «небольших прозаических переводов>>, кашинского помещика, родственника по жене и помощника в переводческих делах дипломата и издателя Я. И. Булгакова , известно го популяризацией в России историко-географи ческих описаний, преимущественно француз ских авторов 97 . Указанная статья интересна прежде всего своими дополнениями и уточнениями к работам тверских дореволюционных авторов, в первую очередь, Колосова, о состоянии и фактах культурной жизни Твери времен Диомида Кар манова. В частности, не подтвердилось мнение о создании в Твери вольной типографии. Разре шение на ее создание было получено неким · Шнорром, но из-за финансовых затруднений он отказался от этого намерения. Зато при дворян ском училище в Твери возник в 1779 г. любитель ский театр, руководимый самим Приклонским, который выступал перед городской публикой, и не без успеха 98 • 67 Переводились в городе и французские книги (о чем также упоминал Колосов). Делали это все тот же Приклонский и небезызвестный в то время переводчик М. И. Веревкин. Первый из них помогал, как уже говорилось, своему родственнику - издателю Я. И. Булгакову в ра боте над многотомным <<Всемирным путешество вателем ...» Ж. де ла Порта, а второй работал над «Историей о странствиях ...>> А. Ж. Прево, часть томов которой действительно перевел в Твери. Мартынов, в частности, отмечает, что Веревкину в его работе оказывал поддержку епископ Тверской и Кашинский Арсений, одалживавший неутомимому переводчику послушников-пис цов99 . Подводя итог обзору литературы, в той или иной степени связанной с характеристикой личности и краеведческой деятельности Диоми да Карманова, следует подчеркнуть еще раз, что приоритет в этом принадлежит тверским дорево люционным исследователям. Владиславлев от крыл для тверской публики Карманова, дал версию его жизни, основанную на его автобио графических заметках в предисловии к сборнику проповедей, издал его сугубо религиозные про изведения. Следующий шаг сделал Колосов, издавший исторические и публицистические работы Карманова, подготовивший обзор уце левшей части библиотеки и отметивший при этом возможность расширения поля поиска за · счет косвенных свидетельств, таких, как состав уцелевших книг, факты культурной жизни в городе и т. п. Решить практически суще ственный для понимания Диомида Карманова вопрос - о причинах трансформации его рели гиозных интересов в историко-краеведческие - Колосову не удалось. По-новому взглянул на личность Карманова еще один исследователь - Н. П. Смирнов. Анализ незначительной по объему публицистической статьи Карманова в более широком контексте позволил автору увидеть в нем выразителя «гражданского само сознания» определенной части городского насе ления. В дальнейшем ни один из намеченных подходов не получил своего развития ни в Твери, ни за ее пределами, хотя фигура патриарха тверского исторического краеведения в тот же период оказалась в поле зре~я российских энциклопедических изданий. Параллельно с этим личность Диомида Карма нова привлекла внимание историков отечествен ной литературы, для которых он сам никогда не становился главным объектом внимания. Тем более ценны те немногие нити, которыми оказался связан Диомид Карманов со своими знаменитыми современниками Муравьевым, Но виковым, Миллером. Начало этому положил в своих повестях М. Н. Муравьев, продолжи ли П. А. Плетнев, Я. К. Грот, уже в наше время развили Л. И. Кулакова и И. Ф. Мартынов. На сегодня опубликованы основные работы Карманова, известны главные вехи жизни,
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTgxNjY1