Тверь в записках путешественников Вып.3
304 о святом, Грозный лично отправился к нему с дарами, но отшельник не принял их, заметив только: «Много невинных послал ты в Царство Небесное», – и грозный царь смолчал. Покончив с Новгородом и от- правляясь казнить Псков, Иван Васильевич снова пришел к святому за напутственным благословением. «Завтра, – сказал старец, – готов и я в путь свой». Царь обрадовался, полагая, что святой хочет сопро- вождать его, но на другой день узнал о кончине старца. Есть много предположений для объяснения не совсем понятного факта, что под- нятая над Псковом разящая рука Грозного вдруг неподвижно замерла в воздухе. Кто знает, быть может, и та неожиданная кончина Арсения была одной из причин, повлиявших устрашающим образом на впечат- лительную душу царя? Но более всех оказал услуг родине уроженец Ржева Давид Федорович Зобниновский, 166 в монашестве Дионисий, известный впо следствии архимандрит Троице-Сергиевой лавры, правая рука патри- арха Гермогена, горячий патриот, рассылавший вместе с Палицыным окружные грамоты и благословивший Пожарского на горе Волкуше на трудный подвиг освобождения Москвы от поляков. В качестве све- дущего человека он с двумя товарищами был назначен царем Михаилом Феодоровичем для просмотра и проверки требника, напечатанного в 1602 году. Справщики нашли в нем до 40 ошибок. Но Крутицкий митрополит Иона не хотел признать их и объявил Дионисия еретиком. Троицкого архимандрита присудили сослать на заточение в дальний Кириллов-Белозерский монастырь. 167 Здесь его били, подвергали вся- ческим оскорблениям, сорок дней мучили в дыму на полатях, заставили помимо церковных служб класть ежедневно по тысяче поклонов, но Дионисий прибавлял к ним еще другую тысячу от себя и с редкостным великодушием переносил гонение. «Господин мой и отец, преподобный Иона-митрополит, – говорил он, – свыше всех человеков сотворил мне добро; по делам моим он меня смиряет: это искушение к просве- щению души моей». Но с приездом в Москву Иерусалимского патри- арха Феофана правда, наконец, восторжествовала. Страдалец оправдан и возвращен в свою лавру, коею управлял до самой смерти. Ко гробу его собрались многие иконописцы, чтобы закрепить для потомства черты уважаемого старца. 166 См. путешествие М. И. Семевского. 167 Тюменев посетил Кирилло-Белозерский монастырь в 1894 г.: Тюменев И. Ф. Пятисотлетие Кирилло-Белозерского монастыря //Исторический вестник. 1897. T. LXIX. Август. С. 118–147, 447–482. Статью иллюстрировали рисунки В. Павлова, которые вошли в коллекцию «По Руси» (РНБ), в собрании Тюме- нева сохранились изображения монастырского кладбища на территории Малого Ивановского монастыря.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTgxNjY1