Тверь в записках путешественников Вып.3
306 при спуске с горы к мосту нас осадили целые толпы нищих. Сначала мы им подавали, но потом это нам надоело. Зато лишь только мы, не опуская руки в карман, прошли мимо первого же нищего, как услы- шали от него замечание: – Ишь, приезжают тоже в город, любуются, а для Божьего чело- века и денег нет! Нищие чувствуют себя здесь вполне господами и на милостыню смотрят как на законную дань, собираемую с обывателей. А вот и старый знакомец – деревянный мост, которому несколько месяцев спустя суждено было в один прекрасный день обрушиться в Волгу. Но мы благополучно перебрались через него и очутились на Князь-Дмитровской стороне. Несколько лет назад к этому берегу приставали небольшие пароходы, ходившие сюда из Твери; теперь же, за мелководьем Волги, а может быть, и вследствие других причин, это пароходное сообщение прекращено, и нам, чтобы спуститься Волгою до Зубцова, приходилось взять лодку. От моста мы повернули направо вдоль берега и вскоре подошли к живорыбным садкам, подле которых помещался перевоз через Волгу, дающий, несмотря на близость моста, недурной заработок содержате- лю. Здесь же на берегу, чинно в ряд, были поставлены пять или шесть каменных гробниц, новеньких, чистеньких, без надписей. Гробницы были выставлены на продажу и сделаны из белого старицкого камня, как объяснил нам торговец с ближайшего садка. На перевозе никого не было. – Спит он, – заметил торговец, – время-то жаркое, а он только что потрапезовал. На его отклик из травы неподалеку от мостков поднялась заспанная фигура с всклоченными волосами. Мы спросили лодку до Зубцова. – Что ж, это можно, – отвечал перевозчик, щурясь от света и мигая сонными глазами. – А цена? – Цена обнакновенная – два рубля. Ведь двадцать верст, а мне с обратным и все сорок будут. Видно было, что на него от жары «такой розмарин напал», что ему даже лень было и запрашивать. Ржев был осмотрен нами еще в прошлом году, и мы решили отпра- виться в тот же день в четыре часа вечера. – Оно и лучше: не так знойно, – заметил перевозчик. Узнав в заключение, что его зовут Иваном Колпачниковым, мы ве- лели ему при первых звуках соборного колокола к вечерне выезжать на противоположный берег Князь-Федоровской стороны и направи- лись обратно к мосту, а новый наш знакомец – на свое облюбленное местечко, в травку.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTgxNjY1