Иосиф Гурко и Тверская земля - возвращение памяти
глядят реалистичными, но несколько чрезмерно оперативными 5 , поэтому неудивительно, что позднейшая переписка Бахтова фиксирует доделки, продолжавшиеся и после того, как здание стало пригодно для жилья. Меры по благоустройству в Сахарове 1830-х гг., связанные с созданием пейзажного усадебного парка, описаны О.А. Дробнич ( Дробнич О.А., 2000 ). К выявленным фактам следует добавить, что первоначальные очертания со- зданной при Т.А. Гурко окультуренной зоны отличались от нынешних большей компактностью. Барский дом не оказывался вынесенным на ее край, как впоследствии, а являлся центром композиции. Позднее некоторая часть первоначальных помещичьих затей осталась за пределами парковой зоны. В Сахарове, к востоку от нынешнего парка, и поныне сохраняются фрагмент липовой аллеи, следы обваловки, прямоугольный копаный пруд (рис. 10), композиционно не связанные с основной усадебной территорией. Благоустройство имения, охватывавшее жилой, парковый и хозяйствен- ный комплекс, требовало немалых средств. Оно проводилось наемными ма- стерами, поскольку, как отмечал тот же Бахтов, среди крепостных Гурко «св оих рабочих людей у нас не имеется потому что оне занимаются гвоз- дарной работой а плотницкой савсим не умеют» (РГВИА. Ф. 232. Оп. 1. Д. 58. Л. 16). Средства для выплат Загряжскому и последующих работ прихо- дилось изыскивать традиционным способом – через займы в Московском опекунском совете. Первый из них, на 14 114 рублей серебром, т. е. более 50 000 в пересчете на ассигнации, был сделан Татьяной Гурко сразу после по- купки Сахарова, в октябре 1829 г., под залог ее имения в Можайском уезде с 247 крепостными душами. Это, видимо, и позволило ей досрочно выплатить Загряжскому всю сумму долга в ноябре того же года. Второй займ в 1837 г. делался уже под залог Сахарова (РГВИА. Ф. 232. Оп. 1. Д. 58. Л. 13 об.). Доходы для погашения долгов складывались из продажи ржаной муки, овса, дров, льняного семени, конопли, пеньки, сена, масла и молока (РГВИА. Ф. 232. Оп. 1. Д. 58. Л. 32), производившихся в имении. После смерти Т.А. Гурко ее собственность долго оставалась неразделен- ной. В 1849 г. Владимир Иосифович вместе с дочерью Мариамной «по не- удобству разделить имение» в Сахарове возбудил прошение об отказе от своей доли в наследстве в пользу единственного сына – гусарского поручи- ка Иосифа. Решением тверского уездного суда от 10 мая 1850 г. будущий фельдмаршал еще при жизни отца был введен в единоличное владение 5 Сравним контракт на постройку дома помещицы надворной советницы А.А. Толмаче- вой в сельце Колистове Тверского уезда: подрядчик обязывался построить « новой де- ревянной на готовом каменном фундаменте дом со всею онаго отделкою неотступая нимало от даннаго мне от нее плана и фасада самою чистою и прочною работою», начав сооружение сруба не позже середины августа 1822 г., «а кончить всю отделку непременно будущаго 1823 года октября к 1-му числу», т. е. при наличии заранее заго- товленных материалов потратить на всю работу более года ( ГАТО. Ф. 174. Оп. 1. Д. 1812. Л.15.).
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTgxNjY1