Тетрадь молодого критика
109 Так Воццек становится инструментом власти, машиной по производству насилия. Какие формы обретает насилие в отношении персонажей оперы? Капитан и Доктор представляют собой персонифицированные идеи. В Капитане концентрируется идея власти, в Докторе — глобального детерминизма, для которого объект существует лишь как оправдание закона или, как в данном случае, диагноза. Эти персонажи самодостаточны, взаимодействие с ними происходит в одностороннем порядке, что весьма заметно в сценах с Воццеком, который не смеет возразить ни тому, ни другому. В своем исследовании музыкального тематизма оперы «Воццек» М. Тараканов пишет об «интонационном единстве Капитана», а также отмечает внемузыкальную идею такого объединения 9 . Сходное наблюдение у Тараканова можно найти и в отношении Доктора: «Так же внутренне стабилен и образ Доктора, несмотря на все скачки его мыслей и настроений». В сцене, где пересекаются Капитан и Доктор (2-ая сцена 2-ого акта), каждый из них вначале пытается занять доминирующую позицию. Но оба представляют мир абсолютных субстанций, недосягаемых друг для друга, и в результате их диалог превращается в фарс. Восторженные интонации Доктора с ремаркой «по-ослиному» на словах: «Вам угрожает apoplex-i-a» сменяются не менее упоительными прогнозами о смерти, на которые Капитан отвечает с пафосом и достоинством: «И у могилы скажут: “То был достойный муж”». В качестве сувенира на память о своих «бессмертных экспериментах» Доктор фотографирует Капитана на телефон. Появление Воццека сразу переключает их внимание на более удобную и выгодную цель. Воццек сначала погружен в тяжелое молчание. Пытаясь вызвать его реакцию, Капитан начинает «толсто» намекать на измену Мари. Постепенно нарастающее напряжение Воццека находит свой выход в галлюцинациях. Однако призванный вселить ужас, его монолог о самоубийстве вызывает взрыв хохота у присутствующих. Образы насилия в форме галлюцинаций становятся почти единственным предметом разговора для Воццека, начиная уже со сцены с Андреасом. Реплики Воццека об отрубленной голове, о землетрясении и т.д. сопровождаются его лейтхарактеристикой (такт 235 – в виде аккорда трижды проходит в разном расположении и на разной высоте; такт 270 в виде аккорда от тона е , также мотиву труб от тона а и другие). В дальнейшем эта же гармония будет предшествовать убийству Мари. Его интонационная связь с первой сценой, в которой Воццек как бы принимает эстафету насилия от Капитана, дает основание предположить, что галлюцинации являются образным воплощением насилия, а сам Воццек с его непосредственностью — проводником этого насилия. 9 Тараканов М . Музыкальный театр Альбана Берга. М, 1976. С. 160.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTgxNjY1