1905 год в Тверской губернии
дворяне—опора его трона, что капиталисты и фабриканты—его надеж- ные слуги. А сегодня он обращается к нам и говорит, что наши нужды, нужды рабочих, «близки сердцу» царя. Посмотрим, каковы эти царские заботы о нас. Не забыли мы о них, и иаирасно царское об'явление упрекает нас в этом. Царь вместе с фабрикантами и помещиками разорил и обездолил нас—они тянут с нас все, что можно вытянуть. Не для пользы народа, а для своего самосохранения правительство начало войну. Оно губит у нас семьи, оно награждает нас и тюрьмой, каторгой, пулями и штыками, оно же отнимает разум, душу, имя, че- ловека оно поработило, обездолило нас. Всем своим нутром, всей издер- ганной шкурой мы понимаем и чувствуем, о каких заботах говорит здесь наш царь—со всех сторон мы окружены полицейскими, жан- дармами, сыщиками. Но первому же слову капиталиста—царь высы- лает на фабрики и заводы войска, а в деревне, чтоб держать в крепкой узде крестьян, посадил он земских начальников и стражников. Это ли царские заботы о нас? Не нужны нам, товарищи, такие заботы! Царское об'явление умалчивает, царь не хочет сказать—какие требования пред ' явили рабочие, он просто говорит: требования эти «чужды истинной пользе рабочих». Так ли это? Разве нам не нужно, чтобы народ сам через своих выборных управлял страной, он сам издавал законы и сам распоряжался своею судьбой? Да, нужно и пусть эти выборные избираются всем народом, только их законы освободят, а не закабалят нас. Разве нам не нужны-свободы собраний, где мы могли бы обсуждать наши дела, свобода союзов, стачек, слова, печати, неприкосновенность личности, 8-ми часовой рабочий день и т. д. Не нужен нам царь—нужна нам свобода, не нужна нам война—да будет мир, потому что для нас, рабочих и крестьян, война—одно разорение. Пусть соберется Учредительное Собрание, свободно избранное всем народом, на основе всеобщей, прямой, равной и тайной подачи голосов и пусть это собрание скажет, что нам нужно и для чего. Этого и по- требовали рабочие массы в столице. Ну и что же, разве выслушал их царь? Нет, он распорядился стрелять в тех рабочих, которые шли к нему с своей просьбой. Зачем же тогда царь возвещает народу, что «правительство готово внимательно прислушиваться к справедли- вым требованиям» рабочих. Читайте внимательно, товарищи, и поймите, что мы с царем разошлись и давно уж случилось это. Кому, как не нам самим, говорить о справедливых и истинных нуждах рабочих? А царь в об'явлении нам отвечает на это: что справедливо и истинно, я сам с своими министрами разберу. И царь снова и снова народу дает обещания, не один десяток лет повторяет он все одну и ту же песню. При самодержавном правительстве вам не дождаться, товарищи, ни свободы, ни счастья, ни доли, и царские обещания—одни только
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTgxNjY1